Новый ремейк Half-Life 2 «Кайф-Лайф»: как российский трэш-мод превратился в культовый тактический шутер
Ну что досиделись Блокировки каждый день. Белые списки вводят даже в домашний интернет. Ещё чуть-чуть — и мы бы все…
Я даже представить не мог, что франшиза The Last of Us оказывается широко распространена среди биологов и прочих высокоспециализированных врачей нашего времени. Большой спор на известных сайтах сподвиг меня детально разобрать, как работает иммунитет Элли, и выяснить, мог ли он спасти мир The Last of Us. Поэтому сегодня я постараюсь на простом языке ответить на все интересующие вас вопросы и где-то даже поставить точку.

Начнём с самого начала — с утробы матери Элли, потому что её так называемый иммунитет непосредственно связан с обстоятельствами, в которых она родилась, а именно: через несколько секунд после того, как её мать цапнул бегун. Сразу после укуса Анна родила будущую Элли, и некоторое время их связывала пуповина, через которую патоген успел попасть в тело ребёнка.
Ключевой момент: патоген попал в организм, когда он был максимально уязвим — без иммунитета. По сути, для него это был просто подарок в виде организма, который не сопротивляется. Но в отличие от других людей, у которых кордицепс вызывает атаку иммунной системы, организм Элли не стал сопротивляться и тем самым законектился с кордицепсом — вошёл с ним в симбиоз.
Симбиоз — это, простыми словами, совместное существование двух организмов. В нашем случае — Элли и её кордицепсной опухоли, которая вырабатывает сигнал, что её тело уже полностью заражено. Поэтому, когда новый кордицепс поступает в организм через слизистую или через дыхание спорами, он сталкивается с уже присутствующим штаммом «дружелюбного» кордицепса, который как бы заставляет новый штамм думать, что тело уже занято.

Именно так и случилось, когда Элли укусил бегун в торговом центре. После того случая мы и узнали, что Элли каким-то чудом избежала превращения. Почему чудом? Потому что на тот момент объяснить произошедшее никто не мог.

Если я не могу на 100% утверждать, что это объясняет природу её иммунитета, то почти точно я могу заявить о следующем. Судя по общему анализу крови Элли в больнице Цикат, её иммунитет в принципе не работает. Прямо в самой игре можно узнать, что с ней происходит. Обо всём по порядку.

Белые клетки крови, они же лейкоциты, находятся в критически низком содержании: 2000 на микролитр, когда самый нижний порог — 4000. Это первый плюс в пользу симбиоза, потому что если бы организм боролся с кордицепсом, показатель лейкоцитов был бы сильно завышен — именно они отвечают за распознавание и обезвреживание чужеродных компонентов.

Идём дальше. Лимфоциты — у неё на самом нижнем пороге. И это ещё один звоночек, потому что у человека, заражённого кордицепсом, иммунитет взрывается, и лимфоциты резко поднимаются.

Гранулоциты: относительное содержание в пределах нормы, но абсолютное содержание сильно ниже нормы. Поясню: относительное содержание (нормальное у Элли) — это доля среди всех лейкоцитов. А абсолютное — физическое количество клеток в крови. Их мало.
То есть кордицепс внутри неё буквально создал для себя самые благоприятные условия: отключил иммунитет, чтобы не убить себя, но оставил минимальную защиту, чтобы носитель не помер от простуды.

На этом анализ не заканчивается. В её крови есть ещё показатели, которые значительно ниже нормы: эритроциты, гемоглобин и гематокрит. Сильно углубляться в их роль я не буду. Просто скажу: человек, у которого эти показатели в два раза меньше нижней границы нормы, не смог бы даже встать и походить. Это признак сильной анемии. То есть кордицепс буквально истощает её и забирает жизненные силы.
Но, несмотря на это, Элли почему-то всё равно способна выживать на уровне обычных людей. Вон даже щелкуна удерживает, в то время как Джоэл стоять не может перед его объятиями.

По сути, Элли — это ходячая аномалия с точки зрения биологии. Но с точки зрения лора The Last of Us — это типичная ситуация для человека, в чьём теле есть патоген. В пример возьмём щелкунов комнате. Судя по их стадии заражения, они здесь уже давно. Учитывая, что из комнаты они выбраться не могут, значит, без еды они очень длительное время — но при этом всё равно такие же быстрые.
О чём это говорит? О том, что кордицепс подавляет жизненные силы, но взамен вырабатывает свой источник энергии. Да, с точки зрения биологии это звучит глупо — энергия не может браться из ниоткуда, — но это единственное объяснение.

Как я уже сказал, в реальности человек с таким низким гемоглобином даже встать не сможет, не говоря уже об Элли во второй части. Так что у неё с вероятностью 99,9% симбиоз, полученный в результате попадания малой дозы кордицепса в незащищённый организм.

У кого-то, возможно, возник вопрос: значит, можно заражать беременных женщин и создавать иммунных детей? Теоретически — да. Но даже этически этот вариант звучит плохо, потому что здесь нужно учитывать множество факторов: гены матери, предрасположенность ребёнка и многое другое. В момент, когда родилась Элли, буквально сошлись звёзды. Этот случай уникальный, и повторить его будет крайне сложно.

Тогда как «Цикады» собирались создать вакцину? Давайте разбираться, что у Элли уникального. В её мозге сидит мутировавший штамм кордицепса, который не уничтожает нервные ткани, не вызывает иммунного ответа и вырабатывает сигнал, что тело уже заражено. Именно этот мутировавший штамм и есть ключ к созданию вакцины.
Главный хирург Джерри быстро это смекнул, но выбрал самый ненадёжный метод: вырезать часть мозга, где находится мутировавший штамм. Почему ненадёжный? Потому что убийство носителя приведёт к уничтожению уникальной биологической среды, в которой находился кордицепс Элли.

Более надёжным вариантом была бы нелетальная биопсия. Биопсия — это медицинская процедура, при которой у живого организма аккуратно извлекают очень маленький образец ткани для исследования. И самое главное — это нелетально. Элли выжила бы после этой процедуры.
«Цикадам» нужно было бы взять живой образец грибка из её мозга, культивировать его и синтезировать вакцину, которую можно вводить как прививку, чтобы полностью повторить механизм иммунитета Элли, где мутировавший штамм блокирует здоровый штамм кордицепса. Так что в рамках лаборатории «Цикат» вакцину бы всё-таки сделали, но не тем путём, который выбрал Джерри.
Но ведь вопрос стоит в другом: могла ли эта вакцина спасти мир? И тут нужно поговорить.

Начнём с того, что «Цикада» — это террористическая организация. По крайней мере, именно такой мы её видим на протяжении всей игры. И даже если бы они создали вакцину, никто бы не имел гарантии, что эту вакцину не монополизируют и она не станет ещё одним рычагом власти, из-за которого начнут развязывать войны.
Но чёрт с ним, может, Марлин не так и зла, как кажется, и решила бы производить вакцину? Тут тоже провал. Спустя 20 лет после начала постапокалипсиса в этом мире уже нет логистики и инфраструктуры, чтобы нормально производить вакцину в больших количествах.

И беда в том, что план вакцины провалился бы не только с практической стороны, но и с социальной. На протяжении 20 лет люди насиловали и убивали друг друга за бутылку грязной воды. Банально те же охотники из Питтсбурга. Они ведь просто убивают людей за то, что они вошли в город. Как туда доберётся вакцина? Или военные в Бостоне, которые убивали «Цикат». Думаете, они им поверят?
Люди сами убили социум, и надеяться на то, что они дружно возьмутся за руки и построят новое мирное завтра, даже звучит глупо, не правда ли?
Поэтому даже несмотря на то, что Джоэл не проводил такой глубокий анализ и действовал исходя из эмоций, он в какой-то мере поступил правильно, предотвратив заведомо провальный ритуал жертвоприношения. И да, Джерри сам направил скальпель в сторону человека, вооружённого до зубов, за что и был наказан.

Единственный стопроцентный способ создания вакцины — это продолжение рода Элли, поскольку чисто биологически она рожала бы иммунных детей без физического или биологического вмешательства. Но тут, к сожалению, сам Дракманн решил поставить точку, придав Элли черты нетрадиционной ориентации и лишив мир иммунных плодов.

Поэтому вакцину бы, скорее всего, создали, но за рамки лаборатории она бы не ушла, потому что этот мир получил раны, которые уже ничем не зашить.